Лавовый вояж. Операция «Треска». Часть 4. Из Москвы в Рим

Отняв у швейцарского вдохновенья неделю, я обменял её на лесное бессмертие Подмосковья, справедливо наказывая себя за сорванные планы. Я ежедневно бил себя дубовым кустом в бане и, когда почувствовал искупление, вновь оттолкнулся от земли и пошёл на повторный европейский виток, неистово умножая восторги прошлого фиаско. Неотъезженные Швейцарию и Норвегию я разнёс по углам июля и августа, а Исландию — страну, пылившуюся на чердаке моих неопределённых планов, — вынул на свет, отмыл и назначил генеральной страной июня!

План на ближайшие две недели жизни до неприличия роскошен. В края лавы и холода, гейзеров и трески я лечу через Рим, где встречусь со штурманом экспедиции и по совместительству моим лучшим другом молочного детства Кирюшей, которого для соблюдения визовых законов небеса вынудили лететь через Италию. А меня, как вы знаете, долго уговаривать поехать через страну, где зарыто моё сердце, не приходится.

Свои три дня в Вечном городе я превращу в сплошные прогулки по выставкам и музеям, а в награду за усилия три вечера — 15-го, 16-го и 17-го — отдам под дольче виту. В понедельник — ужин в римской пиццерии Сеу Иллюминати, которая прочно уселась на шестом месте мирового рейтинга лучших пиццерий планеты. Во вторник вечером я иду на концерт Эроса Рамазотти, а в среду — вылазка в Неаполь ради капеллы Сан-Северо, ради мраморной вуали, ради Христа под Плащаницей, ради острова Капри и, конечно же, ради, как казалось, невозможной, но благодаря настойчивости Ксюши вполне реальной брони в пиццерии Масаинелли шефа Франческо Мартуччи, которая в 2025 году была признана лучшей на планете. Чёрт возьми! Гордое первое место в мировом рейтинге.

Вот так я — безумец, по мнению большинства, чужой всем и считающий почти всех чужими, — жертвуя счастливой семейной жизнью, отдаю всего себя множественным путешествиям и вряд ли смогу жить по-другому. Я очень жду, чтобы мне кто-нибудь объяснил, что такого счастливого в том, чтобы сидеть дома и мило смотреть друг на друга, успокаивая себя мыслью, что ты социально реализовался, и какую радость приносит ежедневное повторение одних и тех же действий.

А пока я жду, Рим в который раз объяснит мне, что весь мир прекрасен и люди в нём тоже. И моё любимое Подмосковье, и дождливая Швейцария, и тесный Нью-Йорк — все они расскажут мне, насколько прекрасна наша планета. Моя планета и моя большая страсть. Ей и торговле я готов служить вечно.